Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Беларусов предупредили о возможных проблемах с банковскими картами
  2. В Минобре придумали хитрую штуку, чтобы отучить абитуриентов метаться между вузами и подавать документы в последний момент
  3. Главного уролога Беларуси расстрелял пациент, ставший жертвой госпропаганды. Вспоминаем эту историю
  4. 28 тысяч долларов за подпись и 150 тысяч семье в случае гибели. В доменной зоне .бел появился сайт по набору беларусов в армию РФ
  5. Алкоголь вызывает рак — а снизит ли риск отказ от него? Есть ли разница, когда пьешь только «качественные» напитки? Объясняем
  6. Найден абитуриент-2026 с железными нервами. Как и сколько раз ему повезло и где в итоге он будет учиться — рассказываем
  7. Беларуску вызвали в налоговую после «2000 продаж» на Kufar. Вот что выяснилось
  8. «Бюро»: Личный врач-реаниматолог Лукашенко выстраивает свою бизнес-империю в сфере медицины
  9. Соболенко спросили, поддерживает ли она Лукашенко
  10. По поручению Лукашенко все-таки «посолили» землю на Минщине. Он говорит, что вышло шикарно
  11. Беларус пожаловался чиновникам на засилье рекламы казино и предложил ее запретить. Ответ пришел неожиданный
  12. «Врачи ничего не могли с этим поделать». После родов у 18-летней беларуски отказали руки и ноги
  13. 40 млрд долларов — огромная сумма. Но Беларуси придется ее найти, чтобы спасти пенсионную систему — экономист
  14. В Грузии микроавтобус сорвался с горной дороги. Погибли четверо беларусов


Александра с мужем оказались в Польше из-за политического преследования в Беларуси. На фоне стресса и житейских проблем их отношения разладились, стали возникать ссоры. Однажды Александре пришлось вызвать полицию, а семья получила «голубую карту». MOST поговорил с Александрой о том, как в Польше выдают этот документ, на что он дает право жертве домашнего насилия и к каким проблемам может привести.

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: Liza Summer, pexels.com

«Голубая карта» (Niebieska karta) — это документ, который выдается в Польше и говорит о том, что в семье происходит насилие. Получить карту можно в случае, если во время домашнего конфликта приехала полиция и засвидетельствовала, что один из членов семьи находится в небезопасной ситуации.

«Он меня толкнул и схватил за руки»

— У нас с мужем случилась сильная ссора. После эмиграции отношения вообще стали более напряженными, а на психотерапевтов денег пока нет. Поэтому выяснение отношений стало жестче, чем обычно. И вот во время одной из таких перепалок мы с мужем перешли черту — он меня толкнул и схватил за руки. Я не выдержала и вызвала полицию. Уже ожидая стражей, мы успокоились и надеялись, что ситуация не зайдет слишком далеко, но ошиблись. Полиция увидела, что я была заплаканная, а на моей руке синяк.

Несмотря на то что Александра отказалась писать заявление на мужа, полиция надела на него наручники и отвезла в участок. Через час женщине позвонили и вызвали ее к участковому.

— Он объяснил мне, что мужа отпустят в течение трех дней. В итоге в изоляторе он провел ночь, а на следующее утро его выпустили. Полиция предложила мне переночевать в социальной квартире, если мне страшно оставаться дома, но я отказалась. В участке мне сообщили, что нашей семье присвоена голубая карта.

Мужу Александры запретили появляться дома две недели — в противном случае его снова бы задержали, а Александре выдвинули бы обвинения за укрывательство.

— В течение двух недель ко мне пару раз приходил участковый. Именно он объяснил порядок действий при наличии карты. Во-первых, нас ставят на учет в городском центре помощи семьям. Во-вторых, с нами будет взаимодействовать социальный работник. Решение о снятии карты принимается совместно органами правопорядка и соцзащиты.

«Было приятно, что моего партнера не демонизировали»

Разработанная система направлена на то, чтобы максимально обезопасить жертву. Пострадавшего подробно расспрашивают не только о случившемся, но и о планах на будущее: планирует ли человек оставаться в браке, собирается ли съезжать в другое место. Кроме того, записываются данные о местах работы, наличии среднего и высшего образования.

Степени проявляемого в семье насилия бывают разными, но протокол получения карты одинаков для всех случаев, поэтому даже при единичной ссоре семье придется пройти весь путь. Данные будут доступны ряду инстанций.

«Голубая карта» присваивается не только гражданам Польши, но и иностранцам. Если семья решит сменить место жительства при наличии карты, ей необходимо будет сообщить об этом в полицейский участок. Дело будет передано в другое отделение, и уже на новом месте жительства процедура по снятию либо продлению карты продолжится.

— Мы уехали из Беларуси в результате политических преследований. Поэтому мысль о взаимодействии с польской полицией вызывала во мне ужас. Но мой участковый оказался сочувствующим человеком: он сказал, что понимает, в какой ситуации мы находимся, и заверил, что ни я, ни муж не пострадаем от правоохранительных органов. Было приятно, что моего партнера не демонизировали, — говорит Александра.

«Здесь ты не пустое место»

Но оказалось, что самое сложное еще впереди. В соответствии с польским законодательством дело Александры и ее мужа было передано в прокуратуру — в течение месяца семья ожидала письмо, в котором им должны были сообщить, начато ли уголовное дело.

— Полиция объяснила мне, что все зависит от тяжести преступления. Если бы муж напал на меня с ножом, был в нетрезвом состоянии или если бы я была беременной, то, скорее всего, на него бы завели дело. Но, к счастью, все обошлось — прокурор отказал в возбуждении уголовного дела.

Через пару недель после получения письма семью вызвали на комиссию в социальный центр помощи. Там Александру с мужем расспросили о совместной жизни, ссорах и ругани. Пока что семья ожидает решение о продлении или снятии карты.

— Меня очень удивило отношение полиции и социальных работников к жертве насилия. В Беларуси я не попадала в такие ситуации. Возможно, поэтому Польша в этом плане меня поразила. Здесь действительно беспокоятся о безопасности женщины, ты не пустое место. Даже несмотря на то, что я нахожусь в чужой стране, у меня есть ощущение, что меня защитят.