Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Теперь официально — «Беларусбанк» рассказал подробности нашумевшего кредита на жилье
  2. «Шчыра кажучы, я не была гатовая да таго, што адбылося потым». Тихановская выступила на конференции «Новая Беларусь»
  3. «20 минут разборок». В минском кинотеатре устроили скандал из-за отказа пустить малыша на фильм 16+ - чем все закончилось
  4. «Теплой ванны не будет». Украинский дипломат и Латушко — о том, какая ответственность ждет Лукашенко
  5. Лукашенко прикрывали пять охранников, пока он фотографировался с деревенской семьей
  6. «Вот и все». Лукашенко заявил, что «границы» он открывает с европейцами, чтобы «была валюта»
  7. С политиком Тихановским покончено? Мнение Артема Шрайбмана
  8. Новые правила въезда в Шенген обернулись очередями и пропущенными рейсами. Что решили в ЕС
  9. Соучредитель студии ZROBIM architects, который живет за границей, продает свою долю в бизнесе
  10. Пропавшего 27-летнего минчанина нашли мертвым
  11. О ней мечтали все советские мальчишки, но лишь подросток из Минска решил рискнуть — и покорил Алису Селезневу. А вот чем это кончилось
  12. «Иногда называю себя VIP-эмигрантом». Бабарико рассказал, как устроился после выдворения из Беларуси и чем собирается заниматься
  13. В яйцах известной птицефабрики выявили антибиотик, который нельзя человеку. Но власти об этом умолчали — рассказываем
  14. Крупная платежная система отключает переводы на банковские счета в Беларусь
  15. «Точечное кинетическое поражение». Эксперт считает, что Украина уничтожила ретрансляторы в Беларуси — узнали подробности


Отец политзаключенного Максима Знака, адвоката предвыборного штаба Виктора Бабарико, написал в соцсетях о свидании с сыном в колонии в Витебской области. Говорили о правилах распорядка и «новостях с юга», в которых заключенный юрист, по словам отца, разбирался даже лучше него.

Максим Знак. Фото из архива TUT.BY

Александр Знак рассказал, что свидание длилось четыре часа, а разговаривать пришлось через стекло и телефонную трубку. По его словам, Максим «выглядае нармалёва»:

— Пазнаў яго не адразу. Ну, не тое, каб ён моцна змяніўся, але фрэзура, адзенне… Штосьці новага, чаго не было ў лістах, не пачуў. Але пераканаўся, што фізічны стан яго добры. Сваім выглядам ён пацвердзіў, што мае пэўныя поспехі ў фізкультуры. Паліць і піць чыфір не пачаў. Трохі схуднеў, але праз тое, што адначасова павялічыліся цягліцы, гэта не вельмі заўважна. Хаця ён сцвярджае, што скінуў 9 кіло.

Цікавіўся навінамі на поўдні, але я аказаўся меньш дасведчаным у гэтым пытанні, чым ён.

Адносіны з калегамі нармальныя, што нельга казаць пра адносіны з адміністрацыяй. Яно і зразумела. Але падкрэсліў, што за межы правілаў унутранага раскладу ніхто не выходзіць. Проста ўмовы такія, што ўсё дасканала выконваць, што патрабуюць гэтыя правілы, Макс пакуль не навучыўся.

Прасіў усім перадаць прывітанне. Сустрэча адбывалася праз тыдзень пасля атрымання перадачы, таму шмат словаў было пра тое, як там усё смачна, і адпаведныя падзякі ўсім датычным. Дарэчы, ніякіх папрокаў у бок тамтэйшай сталоўкі не было. Працягвае верыць, што «будзе дзень!». Пэўна, менавіта гэта мяне больш за ўсё і здзівіла.

Напомним, Максим Знак — адвокат и юрист предвыборного штаба Виктора Бабарико. Его задержали в сентябре 2020 года вместе с главой штаба Марией Колесниковой. Оба проходили по одним и тем же уголовным статьям: их обвинили в заговоре, совершенном в целях захвата государственной власти неконституционным путем (ч. 1 ст. 357), создании экстремистского формирования и руководстве им (ч. 1 ст. 361−1), публичных призывах к захвату госвласти (ч. 3 ст. 361 УК).

Минский областной суд 9 сентября 2021 года вынес обвинительный приговор и назначил 11 лет колонии общего режима для Марии Колесниковой, для Максима Знака — 10 лет колонии усиленного режима.

КГБ включил обоих в список «террористов».

Правозащитники признали Максима Знака политзаключенным.