Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Вводят пенсионные новшества
  2. «Пашешь, пашешь, и все мало и мало». Беларусы, работающие врачами в Польше и Нидерландах, рассказали, как трудятся и сколько получают
  3. В СК придумали новые подходы для преследования инакомыслящих беларусов — акцент делается на двух соцсетях
  4. Для населения хотят ввести новые штрафы
  5. «Лукашенко хочет стать Токаевым». Что будет с остановившимися переговорами Лукашенко и США по поводу политзаключенных? Мнение
  6. Родители спросили у Минобразования, зачем детям летом полоть сорняки и подметать в колхозе. В ведомстве ответили
  7. Пенсионеры и инвалиды могут покупать продукты со скидкой в 10% — МАРТ и торговые сети продлили соглашение
  8. «Спасибо за помощь ВСУ». Украинцы массово шутят над Максом Коржом в соцсетях
  9. Для водителей анонсировали новшество и пригрозили им «административкой»
  10. Долгожитель среди классиков, одной фразой описал менталитет беларусов, не принимал советскую систему. Чем крут Янка Брыль — пять пунктов
  11. Лукашенко сменил одного министра, директоров заводов и главу крупнейшего госмедиахолдинга
  12. В Полоцке проверили рассказ матери об избиении сына на тренировке по дзюдо. Каковы результаты


/

В издании «Новая газета Европа» появился монолог сына политических эмигрантов из Беларуси, который объяснил, почему получил образование не в Польше, а в Черногории. По его словам, в Варшаве ему показалась «неспокойной ситуация, связанная с шовинизмом».

Столица Черногории Подгорица. Фото: Pixabay.com
Столица Черногории Подгорица. Фото: Pixabay.com

В тексте не указана фамилия молодого человека, только имя Даниил, и отмечено, что он из Беларуси, а его родители эмигрировали еще до войны с Украиной. 

По словам парня, он оставался в Беларуси с бабушкой и дедушкой и надеялся окончить школу. «Но… свобод становилось все меньше, в 2022-м закрылись практически все частные школы — этакие бастионы вольнодумия, в том числе и та, где учился я. Осталось лишь несколько частных, приближенных к власти, ну и госшколы с огромным количеством пропаганды. Это стало последней каплей, и родители начали мне искать варианты для продолжения обучения за границей», — отмечает молодой человек.

По его словам, изначально планировалось, что он пойдет в школу в Варшаве, где жили родители. «Но там нам показалась неспокойной ситуация, связанная с шовинизмом. И мы нашли школу в Черногории, ориентированную на русскоязычных эмигрантов, в первую очередь тех, кто бежал от репрессий. Например, в моем классе из 35 человек 30 — это те, кто уехал по политическим причинам. С первого по девятый класс в школе был такой микс из российской и черногорской программы, а с десятого класса начинался международный бакалавриат (IB). Это очень сильная двухлетняя программа, фактически на стыке школы и университета. Я как раз окончил девять классов в Беларуси, и решили пробоваться на IB-программу», — добавил Даниил.

Для поступления требовалось сдать математику и английский. Поскольку все обучение ведется на нем, уровень языка должен соответствовать В1-В2, а сам экзамен состоял из чтения, аудирования и собеседования.

Новая школа отличалась от беларусских. «Вместо уроков — пары, ты сам составляешь себе расписание. Все предметы собраны по группам: математика, языки, искусство — всего шесть групп, и ты выбираешь из каждой по одному обязательному предмету. По каждому надо писать большие работы, а-ля научные. При этом подход совсем иной, чем я привык в Беларуси. Например, по литературе мы как привыкли: учат приводить тезис и подкреплять цитатой из текста. А в IB-программе, наоборот, учат брать цитату и выводить из нее тезис. Это требует более глубокого уровня погружения и ближе к университетскому формату», — отмечает молодой человек.

По его словам, это скорее университетский подход: «Здесь за тобой никто не бегает, не напоминает о сроках сдачи работ, если ты что-то завалил, это твоя проблема».

Теперь Даниил учится на первом курсе Карлова университета в Праге на социальном направлении — философии, социологии. «Насколько знаю, все одноклассники поступили в европейские университеты. По себе скажу, что это не было сложно: после нашей черногорской гимназии университет кажется легкой прогулкой», — добавил он.