Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. «Перенести или отменить». МИД предостерег белорусов от поездки в эти шесть стран Европы
  2. «Мы никому не говорим, где мы живем». Поговорили с представителем BELPOL об изнанке работы — информаторах, деньгах и личной безопасности
  3. Соседи Беларуси этой ночью переведут часы. Как изменится разница во времени
  4. «Им было наплевать, как мы будем выживать и решать проблемы». Беларусы рассказали, как пережили «адский коллапс» в российском аэропорту
  5. «Наша Ніва»: в крупнейшую сеть автохаусов Butikavto пришел ДФР, владельца задерживали
  6. После визита Коула освободили 25 политзаключенных. Похоже, к вывозу готовили еще одну — но она была против
  7. Ужесточения вскоре появятся по застройке частных домов. Эксперты рассказали, надо ли будет переделывать уже возведенное жилье
  8. Аномальное тепло и ночные заморозки. Синоптик рассказал о погоде на следующей неделе
  9. Создатель беларусской «новой волны», эротично экранизировавший классику. Рассказываем о режиссере, ставшем легендой беларусского кино
  10. Возрастная доплата к пенсии положена не всем. Кто ее не получит?
  11. Что заставило доллар так резко сдать позиции и чего теперь ждать от него в ноябре? Пояснил финансовый аналитик


/

Причины шизофрении до сих пор не ясны. Сегодня ученые считают, что это заболевание может возникать из-за сложного взаимодействия наследственных и внешних факторов: мутации генов, неблагоприятных социальных условий или деструктивного окружения. Например, великий британский психиатр Рональд Лэйнг даже говорил, что шизофрения — это нормальная реакция на безумный мир. Однако никто не берет на себя смелость с определенностью утверждать, что именно запускает патологические процессы, так разрушающие психику, пишет Naked Science.

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: CDC / Unsplash
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: CDC / Unsplash

«Наши знания о шизофрении стремятся к нулю», — с горечью заключил Стефан Рипке, исследователь из берлинской клиники «Шарите» (Германия). Даже если это так, ученые все же преуспели в понимании, как именно шизофрения влияет на мозг.

Одно из ключевых изменений в структуре головного мозга при шизофрении — значительное снижение плотности мембранных выростов на поверхности так называемых дендритов (части нейронов) — обнаружили ученые из Питтсбургского университета (США). Нейроны, в свою очередь, отвечают за большинство уникальных функций мозга. Они генерируют импульсы и передают информацию. Нарушение их нормальной работы и приводит к изменениям в поведении и мышлении больных.

Некоторые вещества способствуют росту нейронов и восстанавливают их работоспособность, стимулируя нейропластичность — способность мозга восстанавливать утраченные после повреждения связи, заметили исследователи из Медицинской школы Калифорнийского университета (США). Их использование приводит к устойчивым изменениям в поведении. Однако применение ЛСД, кетамина и других психоделиков в клинической практике практически исключается из-за галлюциногенных эффектов.

Ученым потребовалось пять лет, чтобы, наконец, синтезировать «полезный» аналог ЛСД под названием JRT. Они изменили положение двух атомов в молекулярной структуре исходного вещества и обнаружили: JRT по-прежнему сохранил способность стимулировать рост нейронов и восстанавливал поврежденные связи между ними.

Результаты исследования ученые опубликовали в журнале Proceedings of the National Academy of Sciences.

Эксперименты in vivo на мышах показали: однократное введение JRT привело к увеличению плотности дендритных отростков на 46 процентов и 18-процентному росту этого показателя в синапсах префронтальной коры через 24 часа. При этом JRT не вызвал у животных изменений в поведении, которые наблюдались при введении им ЛСД.

ЛСД (диэтиламид лизергиновой кислоты) — самый известный в мире галлюциноген. Его синтезировал в 1938 году швейцарский химик Альберт Хофман из алкалоидов спорыньи — гриба, паразитирующего на некоторых злаках.

Разработкой нейропластогенов — нового класса лекарственных препаратов, которые стимулируют восстановление нейронов — сегодня занимаются сразу несколько фармацевтических компаний. Доклинические испытания показали, что часть из них обладает большим потенциалом для лечения психических заболеваний. Но ни одно из лекарств этого типа пока не получило одобрения контролирующих органов.